Неделя моды в Париже весна-лето 2027, часть 2: Dior, Maison Margiela, Saint Laurent, Meruert Tolegen

Кажется, все уже себе прекрасно представляют, как выглядит Dior Джонатана Андерсона. Дизайнер продолжает развивать этот модный язык, только очевидно перестал слишком стараться. Коллекция весна-лето 2027 — первая с момента назначения, где Андерсон будто смог «отпустить поводья», оставить позади стресс, давление, попытки что-то кому-то доказать — и просто расслабился, получая удовольствие от своей великой роли в истории моды.

Все образы получились легкими, но не легкомысленными; романтичными, но не приторными; красивыми, но при этом немного странными. Это коллекция-туман — как тот, что окутывал моделей на подиуме. Она воздушная, но есть в ней некая мистика, глубина, странность. Именно эта «странность» и позволяет Андерсону создавать интересные вещи, двигать моду вперед, а не быть просто коммерческим, понятным клиентам и удобным для отдела продаж, как это было при Марии Грации Кьюри. Если это плиссировка, то наслоенная одна на другую; если драпировка, то в неожиданных местах; если классический силуэт, то с асимметрией.

Приглашением на показ послужил грецкий орех вэньвань. Есть такая китайская традиция — годами вращать два максимально похожих ореха в ладонях до состояния гладкой патины. При этом идеальной симметрии у него никогда не будет, и на этой мысли строилась вся коллекция. И природа, и мода — это не результат, это процесс. Процесс стремления к недостижимому идеалу, но со своими несовершенствами, которые и делают его таким притягательным.

Наш фаворит в шоу — вариации на тему платья Junon, творение 1949 года, будто созданное из огромных цветочных лепестков. Самое знаменитое в истории бренда! Андерсон представил его в миниатюре: тысячей крошечных шифоновых лепестков расшивали жакеты и юбки. Казалось, что модель буквально утопает в этих колышущихся лепестках. Или, например, все клетчатые образы коллекции — от гусиной лапки до тартана — исключительно в прозрачном исполнении. Серьги в виде гавайских леи свисали с одного уха — деталь стайлинга, кочующая почти через все показы Андерсона.

Рассматривать коллекцию хочется в мельчайших деталях и восхищаться находками. Например, полосатая рубашка на пуговицах получила едва заметную плиссировку — и это очаровательно. Хоть коллекция и не приторная, мы растаяли, как сахарная вата, в оттенках которой и выполнено шоу.

Увы, но от нового показа Гленна Мартенса для Maison Margiela мы впали в настоящее уныние. Совсем как сотни увядших цветов, из которых был выполнен «задник» подиума. Буквально на прошлой неделе дизайнер провел прощальное шоу для Diesel и решил целиком сосредоточиться на «Маржеле». Но вышло совсем наоборот. Из коллекции будто бы исчезла искра и «страшилка». Тот вид интеллектуального хоррора и ugly fashion, который был таким притягательным в его дебютных шоу. Перед нами просто… повседневная одежда.

Перед показом в соцсетях дома появлялись загадочные ролики: раздавленный серебряный чайник, тело в рыболовной сети, медленно увядающий цветок. Само приглашение оформили засушенным стеблем в пластиковой капсуле-медальоне. Психоделический цветочный принт в духе клеенок и скатертей 1970-х появлялся точечно среди тренчей и жаккардовых рубашек, расстегнутых до пупка. Но под открытым вырезом пряталась телесная панель — деталь, рассчитанная на второй взгляд прохожего. Сетка из тизеров превратилась в ретро-вязаные жилеты для мужчин, разноцветные шопперы и платья на запах для женщин. Раздавленное столовое серебро легло псевдодоспехами поверх макси-платья, а в финальном наряде драпировка отсылала к «Одиссее» — то ли Гомера, то ли Нолана.

Впрочем, многим критикам шоу понравилось, и откат дизайнера до «заводских настроек» показался уместным. Восторгов не разделяем. Единственные образы, которые вызвали эмоции, — это платья, созданные в коллаборации с Герритом Джейкобом. Он и расписал их аэрографом в своей фирменной технике.

Как не хотелось верить слухам об уходе Энтони Ваккарелло из Saint Laurent, но этим показом дизайнер, похоже, громко расписался в их правдивости. Это самое красивое шоу Saint Laurent за почти десятилетие Ваккарелло на креативном посту. От него перехватило дыхание и хотелось смотреть его стоя, робея перед этим величием. Блестящий, во всех смыслах, итог. Ваккарелло провел экскурс по всем любимым силуэтам, которые эксплуатировал на протяжении десятилетия. Огромные плечи, силуэты из 1980-х, удлиненные силуэты, вытянутая линия тела. Но выполнил (почти) все образы в золоте. Мы бы даже сказали — увековечил! 

Тренчи, платья, сафари-жакеты, юбки-карандаш, блузы — все было будто облито жидким драгоценным металлом, обернуто в фольгу или набито золотой нитью на жаккарде. Сам Ив Сен-Лоран называл золото «магическим цветом». У Ваккарелло — это просто золотая лихорадка. Абсолют роскоши! И никакого траурного настроения. Трон Saint Laurent Ваккарелло явно забирает к себе домой. Сентиментальный момент в финале показа: на последней проходке дизайнер прямиком отправился к сыну, достал из кармана связку ключей и передал своему 5-летнему сыну Луке ключ. Жест сразу истолковали как метафору возвращения ключей от дома. В пресс-службе Saint Laurent отметили, что связка ключей сопровождала дизайнера все годы работы и была его личным талисманом на удачу.

Бонусом расскажем про бренд Meruert Tolegen во второй день Парижа. Официально марка — американская и переехала в расписание из Недели моды в Нью-Йорке. Но у нее казахские корни — дизайнер родилась и провела детство в Алма-Ате до переезда в Калифорнию. И об этом детстве Меруэрт и рефлексирует в новой коллекции — дом, который строил дед-архитектор, и розовый сад, который она выращивала вместе с бабушкой. Отсюда и главный сюжет ее шоу — жесткий каркас (корсет) и живое, что растет внутри него (принты-розы и аппликации).