Безусловно, каждый из нас периодически уходит в фантазии на несколько минут — прокручивает в голове важный разговор, возвращается к тревожным ситуациям из прошлого или строит картину счастливой жизни с благоверным. Но иногда фантазирование становится настолько интенсивным, что начинает конкурировать с реальностью: мешает учебе и работе, осложняет отношения с людьми, съедает время, вызывает стыд и ощущение утраты контроля над собственной жизнью. Для такого состояния используется термин дэйдриминг, или синдром навязчивых грез. Вариаций у него много — maladaptive daydreaming, daydreaming syndrome, дезадаптивное фантазирование, патологическое мечтание, синдром навязчивых грез.

Термин «навязчивые грезы» впервые ввел израильский клинический психолог Эли Сомер в 2002 году. Под ним он предложил понимать работу фантазии, продумывание жизненных сценариев и воображаемых миров, длящееся часами. При этом внимание во время такого процесса не направлено в объективную реальность, как бывает, например, при простом блуждании мыслей или рассеянном внимании, — оно зациклено внутри, в выстроенной мозгом вселенной.

В исследованиях это состояние описывают как погружение в сложные, эмоционально насыщенные внутренние сюжеты, часто повторяющиеся и занимающие много времени. Они сопровождаются дистрессом и заметно ухудшают повседневное функционирование. У некоторых подобные эпизоды провоцируются музыкой, ходьбой, раскачиванием, повторяющимися движениями или одиночеством.

Важно не путать это с психозом. При maladaptive daydreaming человек, в отличие от бреда или галлюцинаций, понимает, что фантазии не реальны. Речь идет не о потере контакта с реальностью, а скорее о чрезмерном залипании во внутренне сконструированных мирах.

Хотя симптомы повторяются у людей в разных странах и выборках, а исследования на эту тему активно проводятся, синдром навязчивых грез пока не считается официальным диагнозом. Он не включен ни в одну классификацию психических расстройств.

Одна из причин споров между экспертами — сильное пересечение maladaptive daydreaming с уже известными расстройствами:

Необходимость бороться с бурной фантазией есть далеко не всегда — иногда важно устранить первопричину: тревожность, стресс. Да и бить тревогу, если из-за богатого воображения нет лишнего дискомфорта, не стоит.

Однако при обращении к специалистам важно понимать: профессиональная помощь обычно строится вокруг тех механизмов, которые формируют проблему. Среди них — избегание, компульсивность, тревога, депрессия, диссоциация, дефицит саморегуляции. Как правило, сначала происходит отслеживание триггеров, чтобы понять, что именно запускает эпизоды навязчивой мечтательности. У одних это стрессы, у других — конфликты, скука, одиночество. Одно лишь понимание причинно-следственной связи способно помочь укротить бессознательные процессы.

Далее ведется поиск замены. Часто фантазирование — не просто «вредная привычка», а способом утешить себя, компенсировать нехватку близости, пережить унижение, справиться с тревогой или получить чувство значимости. Если не найти этой функции замену, одно лишь подавление симптома едва ли поможет надолго.

Следом ограничивают ритуалы, которые подпитывают подобные эпизоды. Сюда входит снижение прослушивания плейлистов, отслеживание раскачивания или хождения по комнате, минимизация ночного просмотра сериалов. Этап отказа от таких поведенческих моделей сопровождается тренировкой переключения внимания. На помощь приходят соответствующие техники: работа с дыханием, медитация, заземление.

Разумеется, терапия не обходится без лечения сопутствующих состояний. Если у человека есть тревожное расстройство, депрессия, ОКР-симптомы, последствия травмы или СДВГ, их терапия часто уменьшает и чрезмерное фантазирование. В научных статьях почти всегда утверждается, что синдром навязчивых грез редко существует в полном вакууме.

Важно понимать, что четких инструкций для терапии нет — как нет и подтвержденной болезни под таким названием. Поэтому спешить примерять на себя диагноз не стоит: в случае возникновения подозрений лучше обсудить их со специалистом. Лучше смотреть на последствия: до тех пор, пока картинки в голове не превращаются в компульсивную одержимость, вешать ярлыки нет необходимости.