Ноль эмоций: как выглядит фотогеничное равнодушие и почему улыбаться в камеру уже не модно

Если посмотреть на недавние снимки Лили-Роуз Депп, Арианы Гринблатт, Билли Айлиш, Грейси Абрамс, Габриэтт Бехтель, Кайли Дженнер или Хейли Бибер можно заметить одну интересную деталь: на большинстве фотографий девушки обходятся без улыбки. Вместо этого они слегка надувают губы, опускают веки и смотрят куда-то мимо камеры. Именно так выглядит Gen Z pout — лицо «надутого зумера», который не желает стараться, чтобы понравиться этому миру.

Gen Z pout можно назвать наследником миллениальского duck face — знаменитых «утиных губ» из селфи нулевых и начала 2010-х. Обе позы подчеркивают губы, но передают противоположные сообщения. Если duck face транслировал: «Я круто/секси выгляжу и все должны знать об этом», то Gen Z pout сообщает: «Ладно, фотографируйте, раз уж вам так хочется».

Миллениалы улыбались со всех фотографий, чтобы понравиться себе и зрителю; зумеры изображают равнодушие, чтобы не выглядеть слишком заинтересованными в одобрении. Улыбка выглядит как старание ради впечатления, а старание — почти гарантированный кринж. Нарочитое безразличие работает как броня: невозможно высмеять человека за неудачную попытку понравиться, если он всем видом показывает, что вообще не пытался.

Русскоязычной аудитории эта мода может показаться подозрительно знакомой. В российской культуре дежурная улыбка незнакомцам никогда не считалась обязательной: когда человек идет по улице и улыбается во все 32 зуба, сразу видно — не наш. Исследования действительно показывают, что россияне реже улыбаются незнакомым людям и не воспринимают сдержанность как признак плохого настроения.

Интернет уже успел превратить славянскую невозмутимость в отдельную эстетику. Сначала появился Slavic girl — образ девушки в шубе, меховой шапке и золоте, затем «славянская мама», которая даже за хлебом идет с укладкой, на каблуках и при полном параде. Теперь дело дошло до мимики: Gen Z pout словно перенес тот же холодноватый шик с гардероба на лицо. Улыбаться на каждой фотографии совершенно необязательно — особенно если можно смотреть в камеру так, будто она первая начала.

Фотографии подчеркивают неуверенность героя съемки. Миллениалы считали, что получатся лучше, если будут излучать позитив — втянут щеки, распахнут глаза, по-кавайному поднимут вверх два пальца и улыбнутся на максимальной мощности. Новое поколение напрягает перспектива выглядеть так, будто ради кадра пришлось постараться. 

В психологии существуют display rules («правила выражения эмоций») — неписаные нормы, которые подсказывают, когда уместно скрыть раздражение или проявить сочувствие. Исследователь Пол Экман еще в прошлом веке доказал: натянутая «социальная» улыбка задействует только губы и легко считывается подсознанием как фальшь. Выросшие на «токсичном позитиве» 2010-х зумеры демонстративно отказываются от дежурной вежливости.

«Вылизанные» соцсети с идеальными кадрами тоже официально отправлены в бан. Однако тут есть свои нюансы — все эти «случайные» селфи, фотодампы (подборки нарочито небрежных кадров), съемка на широкоугольную камеру 0,5× и скучающие взгляды срежиссированы не менее тщательно, чем постановочный кадр из 2000-х. Новые установки для съемок требует не отказаться от позирования, а сделать его незаметным.

Свой свод негласных законов появился и в соцсетях: можно сделать пятьдесят дублей, поправить волосы и полчаса выбирать фильтр, но на итоговом снимке желательно сохранять вид человека, которого камера как будто отвлекает и даже бесит. Получается парадокс аутентичности: желание казаться настоящим превращается в форму самопрезентации.

Нечитаемый (и слегка недовольный) покер-фейс возвращает контроль. Улыбка сразу сообщает, что человек хочет выглядеть милым, счастливым или привлекательным. Каменное лицо оставляет зрителя гадать: автору может быть скучно, весело, тревожно или просто все равно. Такая мимика ничего не обещает аудитории и надежно скрывает, сколько сил на самом деле ушло на фотографию. Снимок есть, а заинтересованность в чужом мнении предусмотрительно спрятана. Подчеркнутую отстраненность и легкое пренебрежение исследователи тренда считают главным отличием Gen Z pout от duck face в формате I'm sexy and I know it.

Красота больше не обязана быть приветливой. И здесь занятен гендерный аспект: свежие опросы социологов подтверждают — молодые женщины все реже считают, что на фото должны выглядеть открытыми, милыми и располагающими. Отказ от улыбки становится отказом обслуживать зрителя — изображать удовольствие только потому, что на тебя направили камеру.

Эстетика невозмутимости естественным образом рифмуется с растущим трендом на андеграунд, гранж, несовершенный макияж и облик в целом. Модель, музыкант и инфлюенсер Габбриэтт Бехтель усвоила это правило на отлично: она почти никогда не улыбается на камеру, оставляя после себя скорее загадочность и легкую угрозу, чем желание всем понравиться.

Важно не перепутать два мема. Gen Z pout — именно поза для фотографий: слегка надутые губы, опущенные веки и скучающий взгляд. Gen Z stare — неподвижный, молчаливый взгляд в живом общении. Их объединяет эстетика невозмутимости, но это не одно и то же: первый помогает хорошо получиться, не выдавая стараний, а второй превратился в символ зумерской манеры реагировать на окружающих.