Нидерландские художники Иероним Босх и Питер Брейгель Старший жили примерно в одно время, хотя и не пересеклись: Босх родился в середине XV века и дожил до 1516 года, Брейгель появился на свет несколькими десятилетиями позже и умер в 1569 году.
В Европе это было время расцвета Ренессанса, и в северной ее части он приобрел специфические черты: поэтому принято говорить о Северном Возрождении отдельно от итальянского. Для Нидерландов, Германии и вообще всех земель к северу от Альп это было переломное время для культуры, а художники начали обращать внимание на природу и все многообразие реальной жизни. Если мастера итальянского Возрождения в центр своей философии ставили человека и гуманистические идеи, их северные коллеги оглядывались по сторонам и наделяли символизмом то, что видели.
Иероним Босх «Воз сена», 1500-1516
На этом символизме и сосредоточился Иероним Босх. Его творческое наследие получилось компактным: около 25 живописных и с десяток графических работ, но все они изобилуют мистическими отсылками. Сейчас его картины кажутся жутковатой галлюцинацией — лопоухие антропоморфные птицы, многорукие чудовища, летающие рыбы, — но для современников художника они были полны смысла, потому что отсылали к фольклору, алхимии и религиозным трактовкам. Так, черные птицы обозначали грех, перевернутая воронка считалась атрибутом мошенничества, а сова могла трактоваться и как античный символ мудрости, и как ночной приспешник зла.
Иероним Босх «Искушение святого Антония», 1500
Питер Брейгель поначалу развивал близкие Босху идеи. На его картинах и гравюрах появлялись странные персонажи вроде рыболюдей и кургузых карликов без рук, и все они служили аллегорическими посланиями — например, символизировали смертные грехи. Но со временем работы Брейгеля стали более приземленными и приближенными к реальности. Он начал писать бытовые сцены и пейзажи, сосредоточился на природе и простых людях, за что получил от искусствоведов прозвище «мужицкий» — очень уж характерными получались на его картинах деревенские мужики.
Конечно, от символизма Брейгель не отказался. Например, его знаменитое полотно «Фламандские пословицы» на первый взгляд изображает разудалый сельский праздник с множеством героев. Но на самом деле каждый из них иллюстрирует ту или иную пословицу, поговорку, идиому: так, крестьянин, щупающий кур, олицетворяет нидерландский вариант поговорки «цыплят по осени считают», а человек с ножом во рту — иллюстрация к выражению «вооружиться до зубов».
Питер Брейгель «Фламандские пословицы», 1559
А еще Брейгель помещал в привычный ему нидерландский антураж библейские сюжеты. Картина «Путь на Голгофу», которую иногда называют также «Мельница и крест», показывает Иисуса Христа не на Ближнем Востоке, а в современной художнику Фландрии — место римских солдат занимают испанцы, владевшие тогда этими землями. И вот картина становится не сложным мистическим ребусом, а ясной метафорой: угнетение универсально, будь то времена Нового Завета или XVI век.
Босх и Брейгель также различаются по технике. Босх использовал алла прима — разновидность масляной живописи, где картину пишут по сырому, а не по слоям, и мазки сразу имеют нужную форму. Это придает картинам Босха тонкость, некоторую прозрачность и эфемерную легкость — ведь красочный слой всего один. Брейгель же клал краску плотнее, его линии жестче, более материальные, телесные. Так что свою роль играет не только то, что написано на картине, но и как.
Питер Брейгель «Путь на Голгофу», 1564