Если, описывая фильмы Джима Джармуша, вы ненароком обороните «артхаус», скорее забирайте слово назад: режиссер его терпеть не может и всячески открещивается от подобной маркировки своих лент. «Независимое кино — меня тошнит от этого слова. Когда я слышу его или синоним “артхаус”, хватаюсь за револьвер, — говорил Джармуш в интервью журналу The New York Times, — Сегодня эти слова превращаются в этикетки, которые наклеивают на товар, чтобы повыгоднее продать. Я делаю фильмы ручного производства. Они не отполированы, а как будто сделаны где-то в гараже».

Однажды Джармуш отравился грибами — добыча с тихой охоты чуть не привела к летальному исходу. После этого режиссер всерьез заинтересовался грибным царством, начал читать специализированную литературу, ходить на встречи микологических сообществ, выбираться в лес с определителем. Интерес к грибам проскальзывает и в фильмы: помните, как нежно героиня Тильды Суинтон рассматривает мухоморы в «Выживут только любовники»? Возможно, фестивалю «В Рязани — грибы с глазами» стоит отправить Джармушу приглашение.

Еще одно хобби Джима Джармуша — коллаж. Он годами собирает фрагменты газет и журналов (чаще всего в ход идет все тот же New York Times), рвет, режет и клеит, создавая то сюрреалистические сюжеты, то потешных персонажей — больше всего любит менять местами головы на фотографиях.  «Это своего рода маленькие миры снов, и это занятие оказывает на меня терапевтическое воздействие, потому что в процессе я наедине с собой и тем самым сохраняю спокойствие», — говорит режиссер. В 2021 году издательство Anthology даже выпустило книгу Some Collages с работами Джармуша.

К своей основной работе Джим относится так же, как и к медитативному хобби — собирает свои картины из подсмотренного вокруг, перерабатывает, а не выдумывает de novo. «Ничего оригинального уже нет, — сказал он в одном из интервью. — Воруй откуда хочешь то, что резонирует и разжигает воображение. Переваривай старые фильмы, новые фильмы, музыку, книги, живопись, фотографии, стихи, деревья, облака, мечты, случайно подслу­шанные разговоры, архитектуру, мосты, дорожные знаки, воду, свет и тени. Только выбирай то, что отвечает твоей душе».

Фильмы Джармуша хороши еще и тем, что их можно смотреть в разных режимах — и как почти безнарративный поток лирических сцен, и как набор пасхалок, где яйцо — в утке, утка — в зайце. Например, в «Патерсоне» (это и фамилия главного героя, и название городка, где разворачивается действие) жена героя в однои из сцен буквально повторяет картину кубиста Хуана Гриса «Арлекин с гитарой». Грис был любимым художником поэта Уильяма Карлоса Уильямса, а Уильямс — автор поэмы «Патерсон», по сюжету любимой книги Патерсона из города Патерсон.

Фильм «Кофе и сигареты» — сборник из одиннадцати короткометражных новелл, в которых герои просто сидят за столиком, курят, пьют кофе и разговаривают о жизни, — появился не просто так. Джармуш всегда считал, что именно из таких моментов и складывается повседневность: «Мне хочется делать кино о том, что не принято считать важным, но что составляет большую часть нашей жизни». Сам он курит с 10 лет, кофе тоже любит, и сценам с кружкой, сигаретой или коробком спичек находится место в каждом его фильме. 

Образовательный путь будущего режиссера был извилист. Все началось с журналистики, потом последовала поездка в Париж и увлечение французским кино, после чего — возвращение на родину, степень бакалавра по английской литературе и поступление в киношколу Нью-Йоркского университета. Там Джармуш получил грант, который должен был покрыть плату за обучение, но распорядился деньгами по-другому — потратил на съемки фильма «Отпуск без конца», который и стал его дипломной работой. Руководство университета вначале возмутилось, но победителей не судят: картина получила высокие отзывы критиков и пару некрупных, но значимых фестивальных наград.

Еще с середины семидесятых — то есть до начала пути в кинематографе — Джармуш влился в музыкальную тусовку Нью-Йорка. Он играл на гитаре, присоединялся то к одному, то к другому коллективу и не раз говорил, что музыка стала ключевой частью его жизни еще в подростковом возрасте. В его первых фильмах часто снимались товарищи по сцене, а вообще всерьез за кино он взялся после уговоров приятелей из группы Ramones. Но даже взявшись за кинокарьеру, от музыки не отрекся: вместе с Картером Логаном и Шейн Стоунбек основал рок-группу SQÜRL, у которой в 2023 году вышел альбом Silver Haze.

Характерная белая шевелюра Джармуша — не прихоть или эксцентричный жест: кинематографист начал седеть еще тинейджером. «Хорошо помню, как девчонки, сидящие на парте за мной смеялись, и одна говорила другой: “Он, наверное, родителям дом красить помогал, краска в волосах осталась”. А я про себя думал, как это несправедливо: я ни в чем не виноват!», — рассказывает режиссер и вспоминает, как впоследствии один критик написал в рецензии: «Какой претенциозный придурок — красит волосы белым, носит черное и делает черно-белые фильмы, в которых ничего не происходит!». После этого Джармуш твердо решил перестать переживать из-за того, что окружающие думают о его внешности. Тут нам всем есть чему у него поучиться.

Возможно, в силу внешней и внутренней инаковости Джармуша идея причастности к особому кругу всегда его занимала. Он даже сам учредил шуточное тайное обще­ство «Сыновья Ли Марвина» — назвал его в честь культового актера, чаще всего игравшего угрюмых парней-одиночек. Вошли в круг, в числе прочих, Том Уэйтс, Джон Лури и Игги Поп, не раз снимавшиеся в фильмах Джармуша. А вообще, так вышло, что из раза в раз режиссер предпочитал работать с одними и теми же людьми, порой писал роли специально под любимых актеров — получается, тоже формировал обособленное общество, пусть и не очень тайное.