Специально для «МНЕНИЯ РЕДАКЦИИ*» автор бестселлеров Константин Образцов написал эссе, опубликованное в новом номере #008. Все выпуски журнала — с первого по восьмой — можно приобрести на стенде журнала на Международной ярмарке интеллектуальной литературы non/fictio№ («Нон слэш Фикшен») с 9 по 12 апреля 2026 года в комплексе «Гостиный Двор». В этом году «МНЕНИЕ РЕДАКЦИИ*» выступает информационным партнером мероприятия и участвует в книжной ярмарке наравне с авторами, критиками и издателями.
Максима про «самую читающую страну в мире» за десятилетия стала почти мемом и не раз за это время была поставлена под сомнение. Утверждение соответствовало истине в эпоху Советского Союза, который, по словам президента Кеннеди, «выиграл космическую гонку за школьной партой». После распада СССР с популярностью чтения становилось все хуже, а социальные причины гаснущего интереса к книгам постепенно сменились иными: если в 1980-е основной альтернативой чтению была улица, то сегодня литературе приходится конкурировать с сериалами на онлайн-платформах, играми, шоу и подкастами, рилсами и многим другим, что полвека назад невозможно было себе представить. Иногда кажется, что книг не читает вовсе никто, а стареющие бумеры и гениксеры, оторвавшись от игр «три в ряд» на смартфонах, вспоминают как эталон свое пионерское детство и корят современную молодежь за равнодушие к литературе.
Впрочем, объективная реальность, как водится, совершенно иная. По данным Российского книжного союза, в 2025-м продолжился активный рост книжного рынка, основным драйвером которого стала художественная литература: ее доля выросла до 52% в общем объеме книг, а прирост год к году составил 8%. Произошло это в основном за счет продолжающегося на протяжении пяти-шести лет увеличения доли молодой аудитории в возрасте 14–25 лет. Это явление отметили топ-менеджеры крупнейших российских издательств, для индустрии которых бурный рост количества читающей молодежи стал своего рода «белым лебедем».
По данным ВЦИОМ, в 2025 году восемь из десяти молодых россиян заявили, что любят читать. Подтверждают активность молодых читателей и данные книжного сервиса «Строки»: в 2025 году пользователи младше 18 лет активно погружались в фэнтези, классику, фантастику, любовные романы и современную литературу. Причем читают не только бумажные книги — цифровые форматы и аудиокниги тоже набирают популярность. Молодежь ценит удобство: можно читать в метро, слушать аудиокнигу за рулем или во время пробежки.
Молодежная литература сегодня — это не просто книги, а культурный феномен. Она меняется вместе с поколением Z и миллениалами, чутко реагируя на их интересы и взгляды на мир. Популярная литература всегда была маркером общественных настроений и ценностей эпохи. Молодежь — это ответ на вопрос обществу, каким оно видит себя завтра, и то, что читают молодые люди сегодня, многое говорит о настоящем и даже о будущем.
Наибольшей популярностью сегодня пользуется литература направления young adult («молодые взрослые» в буквальном переводе с английского, или литература для подростков и юношества), а именно фэнтези и молодежные любовные романы, составляющие 75% в топ-20 художественной литературы, — в то время, как книги лауреатов престижных литературных премий не вошли даже в топ-100, за исключением Захара Прилепина с его «Тумой».
Young adult — многожанровый коктейль для читателей от 12 до 25 лет и старше, где смешались темы взросления, поиска себя, буллинга, первой любви и конфликтов с родителями. По результатам исследования 2025 года, 48% книг, которые старшеклассники назвали своими любимыми, относились именно к этой категории. Что неудивительно: легкий слог, динамичный сюжет, герои, в которых легко узнать себя, делают направление настоящей находкой для молодежи. Читателю не докучают нотациями, а предлагают прожить историю вместе с героем, сделать собственные выводы.
«Иногда кажется, что книг не читает вовсе никто, а бумеры и гениксеры корят молодежь за равнодушие к литературе. Впрочем, объективная реальность иная: в 2025 году продолжился рост книжного рынка, драйвером которого стала художественная литература».
При всем многообразии сюжетов и направлений в подростково-юношеской литературе доминирует фэнтези, причем с явным уклоном в мистику. Заколдованные принцессы, принцы-изгои, колдуны, драконы, мечи и магия — все это добавляет сюжету остроты и позволяет читателю на время сбежать в альтернативную реальность. По некоторым оценкам, более 65% читающих школьников предпочитают именно фэнтези.
Особенно популярны в русскоязычном пространстве азиатские сеттинги с элементами мистики — например, истории про перерождение героя или боевую магию. Во-первых, это экзотика — восточная эстетика, необычные мифологические системы, непривычные модели поведения. Во-вторых, такие сюжеты часто сочетают экшен с глубокой философией — вопросы судьбы, кармы, долга перед родом подаются через призму захватывающих приключений.
Далее по популярности следует славянское фэнтези, где вместо эльфов и фей действуют «родные и близкие» лешие и русалки, а также другие всевозможные разновидности этого литературного направления: героическое, историческое, темное, про альтернативную историю, иные миры и так далее. Неизменным остается одно: мистическая составляющая, общая для всех фэнтезийных историй, в каких бы декорациях они ни происходили.
«Молодежная литература сегодня — это не просто книги, а культурный феномен. Она меняется вместе с поколением Z и миллениалами, а то, что читают молодые люди, многое говорит о настоящем и даже о будущем».
Что это дает читателю? С одной стороны, отдых от реальности, эмоциональную разрядку. С другой — отсутствие модели позитивного развития. Представьте: вы постоянно погружаетесь в миры, где все проблемы решаются с помощью волшебства. Со временем может притупиться желание активно действовать в реальной жизни — зачем напрягаться, если где-то там есть магическое решение? К тому же регулярное чтение о сверхъестественном укрепляет веру в иррациональное объяснение событий — и вот уже критическое восприятие мира дает сбой.
В мистических историях герои нередко оказываются во власти потусторонних сил и плывут по течению. Невольно может сложиться ощущение, что и в жизни повлиять на свою судьбу практически невозможно. Особенно это опасно в подростковом возрасте, когда формируются личность и жизненные установки. Подросток, привыкший к мысли, что все предопределено судьбой или магией, может упустить реальные возможности — не пойти на олимпиаду, не подать документы в вуз мечты, не попробовать себя в новом деле.
Увлечение мистикой приводит к формированию пассивной жизненной позиции и магического мышления, когда положительные достижения представляются результатом не труда, а заклинаний, обрядов или «денежных медитаций», а также инфантильности и стремления переложить ответственность за собственную жизнь на потусторонние силы или ретроградный Меркурий. Массовое фэнтези давно перестало быть метафорой жизни, а представляет собой способ бегства, ухода от той самой реальности.
К сожалению, именно пассивность, безответственность, инфантильность и отсутствие мотивации являются часто критикуемыми чертами современной молодежи, которая уже завтра будет определять жизнь нашего общества. Вряд ли мы желаем видеть его таким.
Однако ничто не вечно, и десятилетия доминирования мистического фэнтези, вполне возможно, подходят к концу. Литература всегда связана с социальными изменениями, они взаимообусловлены; сегодняшнее увлечение мистикой уверенно ставит обществу диагноз «эскапизм как следствие хронического инфантилизма и выученной беспомощности», но времена меняются, а с ними и тренды. Драйвером глобальных изменений, очевидно, являются наука и технологии, а значит, в ближайшем будущем мы увидим, как древних упырей и азиатских лисиц-оборотней сменят ученые и космонавты, исследующие далекие миры и планеты.
«В подростковой литературе доминирует фэнтези с уклоном в мистику. Магия и альтернативные миры позволяют сбежать от реальности, но не формируют образ будущего и могут усиливать ощущение предопределенности».
Ключевое отличие фэнтези от научной фантастики: мистическое фэнтези по своей сути не формирует позитивный образ будущего. Оно уводит читателя в иные миры, где проблемы решаются с помощью магии, а судьба героя предопределена древними пророчествами или волей могущественных сущностей. В таких историях редко задумываются о том, каким будет мир завтра, — важнее здесь и сейчас, спасение королевства, победа над темным властелином. Сегодняшнее доминирование мистического фэнтези в литературе и искусстве, провоцирующее бегство в сказочные миры, — закономерный результат усталости от мрачных картин как будущего, так и настоящего.
Научная фантастика действует иначе. Она не просто развлекает, а проектирует будущее, показывает возможные пути развития человечества. Здесь показателен опыт советской фантастики, которая сама по себе стала уникальным явлением в мировой литературе.
Можно по-разному относиться к Советскому Союзу и по-разному его оценивать. Но факт говорит сам за себя: после его распада из литературы исчезли картины светлого будущего. Только советская фантастика рисовала будущее таким, что до него хотелось дожить: будущим справедливого общества, без войн, без преступности. После 1991 года стало ясно: ничего подобного не будет, все это наивные сказки. А будет так, как сейчас: транснациональные корпорации, бизнес, бандиты, войны — просто все это в космосе. Будущее стало сплошным «киберпанком» и разными прочими «панками» или постапокалипсисом.
Если и было что-то в СССР, по чему стоило бы ностальгировать, так это по радостному ожиданию будущего: как здорово будет через пять лет, через десять, а через сто! Если у пути нет цели, то нет смысла куда-то идти. Если нет образа будущего — себя через пять лет, мира через сто — и впереди маячат апокалиптические ужасы, то нет смысла в движении и развитии.
Образ светлого будущего выполнял важную функцию — он мотивировал. Школьники мечтали стать космонавтами, инженерами, учеными. Книги показывали: будущее зависит от тебя, от твоего образования, труда, гражданской позиции. Стоит ли ожидать появления такого рода новой фантастики для молодежи? Основания для оптимизма имеются.
«Научная фантастика действует иначе: она не просто развлекает, а проектирует будущее и показывает возможные пути развития. Сегодня возвращение к этому образу снова становится важной задачей литературы».
Во-первых, государство всерьез занялось популяризацией науки. Например, в рамках Десятилетия науки и технологий запустили акцию «История будущего: технологии научной фантастики». Цель таких проектов — заинтересовать молодежь наукой и технологиями, и литература здесь играет не последнюю роль. Научно-фантастические книги вдохновляют на изучение физики, программирования, инженерии, показывая, как абстрактные знания превращаются в реальные изобретения.
Во-вторых, мир стремительно меняется благодаря новым технологиям. Искусственный интеллект, биотехнологии, освоение космоса — эти темы уже не кажутся далеким будущим, а становятся частью повседневности. Молодежи все интереснее размышлять о будущем, а научная фантастика предлагает разные сценарии — от утопических до апокалиптических. Она учит системному мышлению: как одно изобретение может изменить экономику, политику, культуру. Кроме того, меняется и сама научная фантастика. Если раньше акцент был на технологиях, то сейчас на первый план выходят человеческие истории в условиях новых реалий. Как сохранить любовь, когда люди живут по 200 лет? Что значит быть человеком, если можно загрузить сознание в компьютер?
Я верю в человека — того самого, которого за тысячелетия сформировали любознательность и воображение. Верю, что невозможно не устать от однообразных историй о заклинаниях и магических артефактах. Что исследователи космоса и изобретатели круче и интереснее, чем ведьмы и колдуны. Верю, что нельзя всю жизнь просидеть, спрятавшись от жизни под одеялом с планшетом, на котором крутятся сказочные мультики, — это банально скучно. Что невозможно постоянно трусливо пятиться назад — когда-то все равно нужно набраться смелости и взглянуть в будущее, понять, что оно зависит от тебя. И я уверен, что скоро у нас появится литература, которая поможет этому взгляду.