От Гомера до совриска: 10 книг для романтичных натур на Московской международной книжной ярмарке

Фантом Пресс

Молодая учёная Пия Рой отправляется в Сундарбаны, острова в Бенгальском заливе, ради вполне конкретной задачи: ей нужно наблюдать за редкими речными дельфинами. Но очень скоро становится понятно, что работать по привычным правилам здесь не получится. Исследовательница плохо знакома с местной жизнью и не говорит по-бенгальски, а окружающая территория сама постоянно меняется под воздействием воды. Особенно заметен разрыв между разными способами понимать этот мир благодаря ее спутникам. Переводчик Канаи привык доверять образованию и языку, а рыбак Фокир практически лишен этого инструментария, зато читает приливы и поведение животных почти интуитивно. Их путешествие постепенно затрагивает уже не только природу, но и историю Сундарбанов, социальное неравенство, происхождение и память о конфликтах прошлого. Это роман в первую очередь для тех, кому в путешествиях интересны не красивые виды, а момент, когда привычная картина мира внезапно перестает быть единственно возможной. Перевод выполнила Мария Александрова.

Corpus

Читать классику вместе с Набоковым — занятие немного рискованное: после него сложно продолжать делать вид, что мелкие детали в романе можно безнаказанно пропускать. В лекциях, которые он читал американским студентам в 1940–1950-х годах, писатель разбирает Диккенса, Остен, Флобера, Пруста, Кафку, Джойса и других авторов, не ограничиваясь биографиями и пересказом сюжета. Его интересует, как именно сделана литература: какие решения принимает писатель, на чем держится текст и почему одна деталь может значить больше нескольких страниц объяснений. Заодно лекции довольно много сообщают о самом Набокове, его вкусах и представлении о хорошем чтении. В издание впервые вошел полный перевод лекционного цикла (от разных переводчиков), а также факсимильные материалы и комментарии редактора.

«Лёд»

Со школьных времен Гомер часто существует где-то между троянским конем, Ахиллесом и обязательным пунктом программы. Любовь Сумм, филолог-классик, переводчик и автор литературоведческих книг, предлагает посмотреть на него с другой стороны — как на автора, который буквально учится создавать язык поэзии и заставляет слушателя участвовать в этом процессе. В центре внимания здесь не столько знакомые приключения, сколько то, из каких деталей они складываются. Почему рядом оказываются лира и лук, какую роль играет ткацкий станок, зачем в эпосе столько внимания уделено снам, жестам и слезам и как через подобные мелочи раскрываются герои. Это не краткий курс древнегреческой мифологии и не академический комментарий к каждому предложению, а книга о том, как работает метафора.

«Дом историй»

Покупка участка под глэмпинг в тихой деревне могла бы стать началом вполне уютной семейной истории, если бы место не называлось Асташово и за ним не тянулось подозрительное прошлое. В новом романе Светланы Тюльбашевой переплетаются сразу три времени: история ведьмы конца XIX века, исчезновение семьи местного графа несколько лет спустя и наши дни, когда Аня с Лешей приезжают сюда вместе с сыном. Ночами слышатся странные звуки, ребенка куда-то зовет девочка в старинном платье, соседи сначала помогают новым хозяевам, а потом начинают вести себя все менее дружелюбно. За деревенским хоррором постепенно проступает история старого проклятия, которое здесь, кажется, никто и не собирался забывать. Дебютная книга Светланы Тюльбашевой «Лес» стала бестселлером с тиражом более 100 тыс. экземпляров и экранизация по ней выйдет осенью.  

«Красный квадрат»

В Ростове 1920-х даже хороший поступок может обернуться неприятностями. Студент-медик Константин Ромашин спасает чужую жизнь и неожиданно оказывается связан с людьми, с которыми прежде вряд ли пересекся бы добровольно. Дома за него переживает мать, новые знакомые уже придумали Косте собственное будущее, а сам он в самый неподходящий момент увлекается девушкой, которую знает весь город. Основа романа Яны Миа —  мюзикл «Вальс-бостон» с песнями Александра Розенбаума. Так что история получилась под стать названию: здесь есть и чувства, и опасность, и ощущение, что судьба ведет героя совсем не туда, куда он мечтал. Сейчас книгу можно почитать в электронном варианте или послушать аудио, печатная книга выйдет позже.

БОМБОРА

В основу легли видеоэссе Кинопоиска, однако печатная версия существенно расширена за счет дополнительных материалов. В свою очередь, новое дополненное издание включает еще больше эксклюзивных историй о кино. Мы нередко знаем прошлое не только по учебникам, но и по экрану. Москва у одного режиссера, Санкт-Петербург у другого, Цой с «Переменами» — знакомые кадры со временем начинают восприниматься почти как документальные свидетельства эпохи, даже когда перед нами художественное кино. Именно этот эффект и становится одной из отправных точек книги для настоящих синефилов. Историю отечественного кинематографа здесь делят на семь периодов и рассматривают через ключевые фильмы, режиссеров и сюжеты. В итоге это чтение не столько для коллекционеров кинодат и фамилий, сколько для тех, кому интересно понять, почему некоторые фильмы переживают свое время. 

«Новое литературное обозрение»

Леонид Цыпкин — писатель XX века и ученый-медик. Рассказчик «Лета в Бадене» едет из Москвы 1970-х в Ленинград и одновременно мысленно следует другим маршрутом — вместе с Достоевским и Анной Григорьевной, отправившимися в Европу летом 1867 года. Два времени постепенно начинают накладываться друг на друга, а биографические детали перемешиваются с вымыслом так тесно, что провести между ними четкую границу становится почти невозможно. Сам роман долго оставался незамеченным, зато его первое англоязычное издание вызвало на Западе большой интерес, а Сьюзен Зонтаг относила книгу к выдающимся произведениям XX века. Хороший вариант для тех, кому одного Достоевского мало и хочется еще немного попутешествовать по его следам. Переиздание в новом оформлении выходит в преддверии выхода экранизации с Филиппом Янковским и Павлом Табаковым.

«Новое литературное обозрение»

Желание одеваться наперекор моде появилось явно раньше футболок с ироничными надписями и ugly shoes. Историк искусства Раду Штерн возвращается к рубежу XIX–XX веков, когда художники-авангардисты решили превратить одежду в еще одно поле для экспериментов. Вместо привычной изысканности они предлагали функциональность, нарочитую дисгармонию и костюм как продолжение искусства, а заодно пытались выйти из-под диктата коммерческой моды. Штерн прослеживает эти идеи от ар-нуво и кубизма до Баухауса и дополняет рассказ текстами самих реформаторов — среди них Оскар Уайльд, Варвара Степанова и Соня Делоне. В общем, книга о временах, когда вопрос «а почему мы вообще должны так одеваться?» вполне мог быть художественным манифестом. Перевод выполнила Елена Кардаш.

«Азбука»

«Колетт, я вам полностью доверяю» — цитируют Юбера де Живанши на обложке книги. Колетт Масье — старшая закройщица, которая была правой рукой и главной исполнительницей замыслов великих французских модельеров: Шанель, Лагерфельда, Живанши, Сен-Лорана, Готье, Маккуин. Она прошла огромный путь от простой швеи до самых высот в профессии. Начав работать в 14 лет, Колетт застала золотой век французской моды. Про старших закройщиц обычно не пишут в модных журналах, именно поэтому мемуары Коллет ценны своей искренностью и рассказывают о нюансах мастерства, закулисье французской моды и дают подробности о работе с великими кутюрье.