Рассказываем, как коллаборация двух часовых гигантов из разных весовых категорий стала модной сенсацией не только 2026 года, но и десятилетия. Разбираемся в феномене, принимая во внимание обе стороны — за и против.
Текст: Алина Вольская
Фото: Архивы пресс-служб
Не припомним, чтобы какие-либо часы (конкретная модель, а не связанные с ней расовые и политические скандалы или «отмены») собирали почти 8 000 комментариев в официальном аккаунте бренда в запрещенной социальной сети. А вот Audemars Piguet х Swatch со своей коллекцией Royal Pop это, определенно, удалось. Что говорит о том, что нишевая часовая новость вошла в общественную модную повестку и всколыхнула чувства совершенно разных потребителей — в том числе, судя по локальной ТГ-повестке, российских пользователей.
Рассматриваем часы-сенсацию и слушаем аргументы сторон, запасшись попкорном.
Факт #1. Это не наручные часы. Бренды нагнетали обстановку больше недели. За это время интернет и соцсети заполонили муляжи предполагаемых моделей, сгенерированные ИИ. Не угадал никто. Вопреки ожиданиям пользователей, которые рассчитывали получить бюджетную версию Royal Oak на запястье, коллаборация вышла в формате карманных часов — конвертируемых, в духе линейки Swatch POP 1980-х, которую можно было носить на булавке, цепочке или прикреплять к сумке. Коллекция состоит из восьми моделей, вдохновленных поп-артом, с тремя вариантами шнурков-ланъярдов для разных способов ношения.
Факт #2. ДНК Royal Oak сохранена полностью. С точки зрения дизайна Royal Pop воспроизводит ключевые коды Royal Oak: паттерн Petite Tapisserie, восьмиугольный безель и восемь шестигранных винтов. Вертикальная сатинированная отделка безеля и задней крышки, а также Super-LumiNova Grade A на стрелках и маркерах — все это отсылки к оригинальному дизайну Джеральда Дженты 1972 года. Внутри — переосмысленный SISTEM51: новая версия фирменного механизма с ручным заводом, единственного в мире калибра со 100-процентной автоматизированной сборкой. Он оснащен антимагнитной пружиной баланса Nivachron и лазерной регулировкой точности хода прямо на заводе, что обеспечивает запас хода более 90 часов.
Факт #3. Дебютная коллаборация Swatch за пределами группы. Это первый случай, когда Swatch пошел на коллаборацию с брендом вне собственной группы. Audemars Piguet — независимая семейная компания, не связанная со Swatch Group никакими корпоративными узами. Торговая марка Royal Pop была зарегистрирована еще в июне 2024 года, то есть переговоры шли почти два года.
В защиту AP х Swatch встали сразу четыре категории.
В первую очередь, зумеры. Если задача коллаборации состояла в том, чтобы привлечь молодое поколение, которое к часам относится примерно так же, как к шариковой ручке (а к карманным — как к перьевой), то сработало отлично. Модель однозначно зашла аудитории до 30 лет.
Вторые — модники. Стилисты настаивают: хватит гундеть! Перед нами никакие не часы, а яркий трендовый аксессуар. Шарм на сумку, подвеска на шею, карабин на джинсы — все что угодно, но только не часы. И стилизовать такой аксессуар многим видится сплошным удовольствием.
Следом — охотники за брендами и инвесторы. Коллекция AP х Swatch продолжает лыжню, по которой уверенно едет вещевой масс-маркет десятилетия. Из самого известного: Джонатан Андерсон и его JW Anderson, который девять лет создает вещи для Uniqlo, или Карл Лагерфельд, выпустивший в свое время капсулу для H&M. Часы Audemars Piguet стоят в среднем десятки тысяч долларов (средний ценник на тот же Royal Oak — около 35-40 тысяч долларов). При этом часы из коллаборации со Swatch с тем же узнаваемым логотипом обойдутся всего в 400–420 долларов. Охота уже началась: в лучших традициях палаточных городков перед офисами продаж Apple в ночь предзаказа айфонов, суточные очереди выстраиваются перед магазинами Swatch. Продажи стартуют 16 мая 2026 года в двухстах избранных бутиках. Правило — не более одного экземпляра в одни руки. Всю выручку Audemars Piguet направит «на поддержку программ по сохранению редких часовых профессий и обучению нового поколения мастеров».
Из предыдущего пункта логично вытекает еще одна категория — не перекупщики (хотя куда без них), а дальновидные инвесторы. Многие коллекционеры винтажа уверены: эти часы — инвестиционная покупка. Лет через 10–15 они могут достигнуть ценника в пару тысяч евро. Знатоки вспоминают аналогичную историю с часами Casio из коллаборации с Maison Margiela, которые взлетели с сотен евро до трех тысяч.
Снобы часового мира и адепты классической роскоши роняют слезы и констатируют, что коллаборация Audemars Piguet х Swatch — «свидетельство глубочайшего кризиса часового рынка». «Срочно сдаю АР в ломбард». «АР, покойся с миром». Читаем в комментариях между строк с восторженными сердечками и огонечками. Суровые критики неумолимы: дела настолько плохи, что у нынешних CEO больших брендов не осталось ничего святого, раз в жертву на алтарь масс-маркета положили культовые и до недавнего времени недосягаемые Royal Oak. Многие критики, впрочем, отмечают, что дело не в массовости и доступности, а в безвкусном и пошлом дизайне. Миллиардерам остается молиться разве что на Hermès, который на скользкую дорожку коллабораций никогда не вступал и ориентирует свои бесценные ценники исключительно на повышение.